Неточные совпадения
— Где ты мог это слышать? Нет, вы, господа Карамазовы, каких-то
великих и древних дворян из себя корчите, тогда как отец твой бегал шутом по чужим столам да при
милости на кухне числился. Положим, я только поповский сын и тля пред вами, дворянами, но не оскорбляйте же меня так весело и беспутно. У меня тоже честь есть, Алексей Федорович. Я Грушеньке не могу быть родней, публичной девке, прошу понять-с!
— Ах ты! Экой! Не сказал вчера… ну да все равно и сейчас уладим. Сделай ты мне
милость великую, отец ты мой родной, заезжай в Чермашню. Ведь тебе с Воловьей станции всего только влево свернуть, всего двенадцать каких-нибудь версточек, и вот она, Чермашня.
Нельзя без волнения читать эти строки: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный, к нему не зарастет народная тропа…» «Слух обо мне пройдет по всей Руси
великой…» «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал, что в мой жестокий век восславил я Свободу и
милость к падшим призывал».
— Куда уж нам! — сказал казначей. — Пошлет Господь и простенького медку, и за то благодарни суще славим
великие и богатые его
милости. Где уж нам с резедами возиться!.. Ведь у нас нет крепостных, а штатные служители только одна слава — либо калека, либо от старости ног не волочит. Да и много ль их? Всего-то шесть человек. Да и из них, которы помоложе, на архиерейский хутор взяты.
Сим самонужнейшим с нарочитою штафетой письмом спешу почтеннейше вашей
милости донести, что в препорученных делах тружусь со всяким моим усердием паче всякие меры, только в деньгах объявляется
велика недостача, и о том я уж два раза отписывал вам, отец наш и
великий благодетель, Марко Данилыч.
«Пришел и к нам Господь с
великой своей
милостью, принес и нам, грешным, зиму-первопутку, отдохнет теперь Божий народ на новой, гладенькой дорожке, отдохнут и наши лошадушки.
Повеждь людям о
милостях, на нас бывших, о
великой премудрости святителя… а ты вдруг про хутор да про штатных.
— Так уж я стану просить вас, милостивая наша барышня, чтобы сделали вы нам
великое одолжение и
милость несказанную, и мне и Дунюшке, — говорил Смолокуров.
— Как не знать, Никифор Васильич, — сказала Маргарита. — Старинные благодетели никогда не оставляли нас, убогих,
великими своими
милостями. Благодарим вас покорно.
—
Великий благодетель нам Петр Спиридоныч, дай ему, Господи, доброго здравия и души спасения, — молвила мать Назарета. — День и ночь за него Бога молим. Им только и живем и дышим — много
милостей от него видим… А что, девицы, не пора ль нам и ко дворам?.. Покуда матушка Манефа не встала, я бы вот чайком Василья-то Борисыча напоила… Пойдем-ка, умницы, солнышко-то стало низенько…
— Отцы и братие и служебницы сея честныя обители!.. Возвещаю вам радость
великую: убогое жительство наше посетили благочестивые христолюбцы, крепкие ревнители святоотеческой веры нашея древлего благочестия. Чем воздадим за такую
милость, к нам бывшую? Помолимся убо о здравии их и спасении и воспоем Господу Богу молебное пение за
милость творящих и заповедавших нам, недостойным, молиться о них.
— Здравствуй, разлюбезная сестрица, — желчно сказал. — Две недели, по
милости Патапа Максимыча, у вас живу, а с тобой еще не успел повидеться за
великими твоими недосугами…
— Коли крадено живое — с
великой радостью, а не живой товар, так
милости просим от нас подальше, — сказал Федор Афанасьев.
Микула свет, с
милостьюПриходи к нам, с радостью,
С
великой благостью!
Держимся за сошку,
За кривую ножку…
Мать-Сыра Земля добра,
Уроди нам хлеба,
Лошадушкам овсеца,
Коровушкам травки!..
Его воля — закон, его ласка —
милость, его гнев — беда
великая…
— Не шелковы рубахи у меня на уме, Патап Максимыч, — скорбно молвил Алексей. — Тут отец убивается, захворал от недостатков, матушка кажду ночь плачет, а я шелкову рубаху вдруг вздену! Не так мы, Патап Максимыч, в прежние годы
великий праздник встречали!.. Тоже были люди… А ноне — и гостей угостить не на что и сестрам на улицу не в чем выйти… Не ваши бы
милости, разговеться-то нечем бы было.
И будет, говорит, на те льготы вам от царицы выдана грамота, навеки нерушимая…» Такие
милости великий боярин сулил…
И ежели вмале мне угодит, то достаточный капитал ему отпишу; а совсем ежели угодит, то и всего состояния нашего могу его, по смерти, преемником утвердить, равно как родного бы сына, с тем, однако, чтобы ваша
милость, окромя
великих праздников, в дом не жаловали.
Смертельно поражены были таким неожиданным для них исходом дела все приспешники Гиршфельда, поражены тем более, что при благополучном для него исходе процесса, они все рассчитывали на его
великие и богатые
милости. В одно мгновение все надежды рухнули.
— Может быть, он удостоился уже получить тело преображенное. Господь в
милости своей
велик: он дарит этим излюбленных им людей.
— Нет, я исполнился гневом против всех и всего; но еще божья
милость велика, что он скоро затих во мне; зато мною овладели два еще горшие врага: печаль и уныние, которых я до сих пор не победил, и как я ни борюсь, но мне непрестанно набегают на душу смрадом отчаяния преисполненные волны и как бы ропотом своим шепчут мне: «Тебе теперь тяжело, а дальше еще тягчее будет…»
Ах, мой друг!
великая эта
милость божия, коли дети родителей почитают!
Когда в следующем 1796 году
великий князь Павел Петрович, сделавшись уже императором, подарил возведенному им в баронское, а затем графское достоинство и осыпанному другими
милостями Аракчееву село Грузино с 2500 душами крестьян, Алексей Андреевич переехал туда на жительство вместе с Настасьей Федоровной и последняя сделалась в нем полновластной хозяйкой, пользуясь неограниченным доверием имевшего мало свободного времени, вследствие порученных ему государственных дел, всесильного графа, правой руки молодого государя, занятого в то время коренными и быстрыми преобразованиями в русской армии.
— Ох, батюшка,
велика твоя
милость. И куда мне столько? — завопила было вдовица.
Здесь же, очевидно, ни на какие
великие и богатые
милости не рассчитывали, а, напротив, и денно и нощно только одну думу думали: как бы среди песков да болот с голоду не подохнуть.
Конечно, семья у ней больно уж
велика, ну, да бог не без
милости: может, и рассуем куда-нибудь мальчиков.
— Боярин, — ответил Вяземский, —
великий государь велел тебе сказать свой царский указ: «Боярин Дружина! царь и
великий князь Иван Васильевич всея Руси слагает с тебя гнев свой, сымает с главы твоей свою царскую опалу, милует и прощает тебя во всех твоих винностях; и быть тебе, боярину Дружине, по-прежнему в его,
великого государя,
милости, и служить тебе и напредки
великому государю, и писаться твоей чести по-прежнему ж!»
— Всякого бывало,
великий государь! — проговорил он вполголоса. — Виноваты перед твоею царскою
милостью!
— Батюшка, князь Никита Романыч! — заговорил он наконец, — не откажи мне в
милости великой!
—
Великий государь! — сказал он, приблизившись к ступеням престола, — казацкий твой атаман Ермак Тимофеев, вместе со всеми твоими опальными волжскими казаками, осужденными твоею царскою
милостью на смерть, старались заслужить свои вины и бьют тебе челом новым царством. Прибавь,
великий государь, к завоеванным тобою царствам Казанскому и Астраханскому еще и это Сибирское, доколе всевышний благоволит стоять миру!
—
Великий государь! — воскликнул он, — изо всех твоих
милостей эта самая большая! Грех было бы мне чиниться на твоем подарке! Уж выберу в твоей оружейной что ни на есть лучшее! Только, — прибавил он, немного подумав, — коли ты, государь, не жалеешь своей сабли, то дозволь лучше отвезти ее от твоего царского имени Ермолаю Тимофеичу!
— Да благословит же святая троица и московские чудотворцы нашего
великого государя! — произнес он дрожащим голосом, — да продлит прещедрый и премилостивый бог без счету царские дни его! не тебя ожидал я, князь, но ты послан ко мне от государя, войди в дом мой. Войдите, господа опричники! Прошу вашей
милости! А я пойду отслужу благодарственный молебен, а потом сяду с вами пировать до поздней ночи.
— И на этом благодарим твою царскую
милость, — ответил Кольцо, вторично кланяясь. — Это дело доброе; только не пожалей уж,
великий государь, поверх попов, и оружия дать нам сколько можно, и зелья огнестрельного поболе!
— На кого прошу, и сам не ведаю, надежа православный царь! Не сказал он мне, собака, своего роду-племени! А бью челом твоей царской
милости, в бою моем и в увечье, что бил меня своим
великим огурством незнаемый человек!
Он понимал, что у трона
великой государыни он стоит целой головой выше всех других сановников, мало того, что эти сановники пресмыкаются у его ног только потому, что он взыскан
милостями императрицы; и при малейшем неудовольствии с ее стороны готовы первыми бросить в него грязью.
Потомки Суворова верой и правдой служили русским государям и пользовались их особою
милостью, что доказывается тем, что Василий Иванович был крестником Петра
Великого.
— Сделайте
милость! Господин капитан, ваша очередь угощать. Сам я мало курю; а вот у меня
великий любитель и мастер по табачной части господин капитан!
Но едва успеваем сказать здесь, всемилостивейшая государыня, вашему императорскому величеству крайние чувствия искренности нашей за
милости твои; едва успеваем воскурить пред образом твоим,
великая императрица, нам священным и нам любезным, кадило сердец наших за благоволения твои, уже мы слышим новый глас, новые от тебя радости нового нам твоего великодушия и снисхождения.
Но, всемилостивейшая государыня, ваше императорское величество обыкнуть соизволили взирать на малые знаки усердия, как на
великие; изливая окрест престола щедроты благоутробия своего, изливаете оные и в страны отдаленные; осиявая лучами
милости своея всех купно и всех везде своим человеколюбием милуете; а потому, конечно, и посильное даяние долга нашего, собственно самим же нам нужное, ваше императорское величество, толь милостиво и благоугодно от нас приять соизволили.
Раиса Павловна со своей стороны осыпала всевозможными
милостями своего любимца, который сделался ее всегдашним советником и самым верным рабом. Она всегда гордилась им как своим произведением; ее самолюбию льстила мысль, что именно она создала этот самородок и вывела его на свет из тьмы неизвестности. В этом случае Раиса Павловна обольщала себя аналогией с другими
великими людьми, прославившимися уменьем угадывать талантливых исполнителей своих планов.
Великий царь, твое желанье было
Законом мне, и я его исполнил:
С Снегурочкой на брак благослови,
Прости вину мою и гнев на
милостьПеремени!
Ее императорское величество из высочайшей
милости изволила при том столе присутствовать яко гостья, а ее высочество государыня
великая княгиня и господа послы сидели подле ее императорского величества так, как в первый день.
Я подозреваю многих в том, что они принимали участие в заговоре, особенно же имеющих причины опасаться
великого князя и весьма естественно ожидающих более
милостей от принца, который всем им будет обязан».
И как поставили кушанья в покоях на стороне ее императорского величества, подле малой комнатной церкви, в трех покоях: в 1 большом 2 стола с балдахином на 80 персон; во 2-м — 2 стола на 80 же персон; в 3-м покое на 20 персон, то за столом обыкновенно под балдахином поместилась невеста подле ее матери, по правую сторону ее высочество государыня
великая княгиня; по левую же ее светлость вдовствующая ландграфиня Гессен-Гомбургская; в конце стола, из высочайшей
милости, изволила присутствовать ее императорское величество; подле ее величества по правую и левую сторону сидели господа послы; во время стола за стульями у послов стояли камер-пажи; затем сидели знатнейшие дамы.
Благословен всевышний, поселивший
Дух
милости и кроткого терпенья
В душе твоей,
великий государь...
И как ведь милость-то Божия
велика!
— Это что и говорить!
велика для нас
милость Божия!
Кроме этих существовали еще «cavalieri di grazzia» — это те, которым звание рыцаря, по усмотрению
великого магистра ордена, было предоставленно в виде
милости.
Это было наказание нашему дворянству за наглое злоупотребление во зло
милости великой монархини, за непростительный обман при записке в гвардию младенцев.
Так и тебе мое опытное благословение: если хочешь быть нынешнему начальству прелюбезен и делу полезен, не прилагай, сделай
милость, ни к чему
великого рачения, потому хоша этим у нас и хвастаются, что будто способных людей ищут, но все это вздор, — нашему начальству способные люди тягостны.